Previous Entry Share Next Entry
Плыл ли бы Джонатан Свифт на "философском пароходе"?
артишок
artischok
Наташа
«Наташа» на Яндекс.Фотках


Пришла ко мне Наташа. Я её так называю, запросто, хотя она много старше меня. И она мама моей подруги. Получается странно, что нахожу большое удовольствие в общении именно с мамами подруг, в крайнем случае, с их детьми. Не знаю, почему. Догадываюсь, впрочем. Мудрость и спокойствие, присущие уходящему поколению. И проникновение в суть вещей, о которых молодости не свойственно задумываться.

Когда уходят родители, тогда начинаешь ощущать в полной мере свою незащищённость от этого мира. Всё-таки, мы все остаёмся детьми. Пока живы наши родители. Они, как щит между нами и Вечностью. Прикрывают нас. А, когда их нет – с Вечностью уже можно разговаривать напрямую…

Так вот. Наташа – поэт! Представьте себе. И, по-моему – Поэт, с большой буквы. Так мне кажется. Я не мыслю рифмами, оттого и ценю в людях этот дар. Не каждому это дано.
Ещё она переводчик. Стихи скандинавских поэтов становятся доступны нам, благодаря её стараниям.

Мы встретились престранно. Деревня эта, если её рассматривать онтологически, представляет собой модель мира в миниатюре, как и иные сообщества людей, объединённые по тем или иным признакам.

Здесь сосуществуют в состоянии неустойчивого равновесия представители всех профессий конфессий, люди неравнодушные чужими делами, но равнодушные своим, боящиеся парового котла и вздрагивающие услышавши иностранное слове канализация,

Когда я сюда попала, в деревню эту, лет 20 назад, люди здесь, на первый взгляд и представились, как йеху. Гуигнгнмов тут и не наблюдалось. Это персонажи из четвёртой книги путешествий. Йеху уже стали именем нарицательным и олицетворяют собой концентрат человеческих пороков и полное отсутствие духовности. А по-русски – лень, нечистоплотность, зависть, злобу, пьянство, тупость,блудливость, склонность к воровству и прочую неинтеллигентность, одним словом. А добродетельных лошадей гуигнгнмов и вовсе не вырисовывалось на горизонте. Приходилось довольствоваться навещавшими друзьями из города, или гулять с книжкой.

Тут кстати придётся великий Джонатан Свифт. С фантастическими странствиями пытливого Гулливера, своего alter ego. Почему-то приключения этого дотошного путешественника поневоле, позиционировались в наших пределах, как детская литература. И нам были больше известны в своей адаптированной версии, сделанной в советские годы... И вообще мутная история с Путешествиями этими вышла, походили они и вправду на сказку. И это была обычная обманка. к которой прибегало множество авторов, желающих обличить всяческие неловкости и неувязки, возникшие при построении общественных отношений. Строители хотели сэкономить в свою пользу, не пользовались услугами архитекторов, и здания, из века в век получались в форме пирамиды.

И как только не пытались эстеты, обитатели разных столетий, указать правителям на явную замшелую архаичность этих форм, обязательно нарывались или на удар дубинкой, или попадали на виселицу, в каземат, лишались головы... не буду перечислять все способы борьбы с остроглазыми и наблюдательными, суть в том, что к ним применялись производственные средства, характерные для того или иной стадии развития общественных отношений.

Изначально был сделан перевод на французский, с большими искажениями и вымыслами переводчика Дефонтена. Для большего соответствия этого текста французским реалиям. Хотя, мудрый Свифт не обижался и писал в письме переводчику: «…ценность книги состоит в ряде наблюдений над извечным несовершенством, безрассудством и пороками рода человеческого».


Сижу я раз на высоком бережку и читаю Томаса Манна. Вдруг слышу.
- У Вас Томас Манн??? – оборачиваюсь и вижу… То ли блаженную, то ли городскую сумасшедшую. В замусоленной телогрейке, каких-то чунях галошах на ногах… И от телогрейки этой прёт такой дух, который бывает только в старых деревенских домах – смесь керосина, печного угара, старого дерева, щей, соломы,погреба, картошки,свечки, кислого молока и ещё много чего.

Сначала вздрогнула. Я девушка была культурная по тем временам и предполагала, что разговоры о любимых книгах ведутся в литературных салонах и не в телогрейках, а в бальных платьях. Томас Манн и глаза меня успокоили. Глаза, как у ребёнка. Открытые, с мелкой улыбчивой сеточек морщин. Божественного голубого цвета. Лицо светлое и очень правильное, гармоничное, из тех лиц, на которых глаз отдыхает и хочется на него смотреть, улавливая малейшие оттенки и движения. Думающий лоб. Губы, готовые к лёгкой улыбке. Как –то сразу возникла между нами приязнь, связь внутренняя, не знаю, как это возникает с людьми. Не ясно и почему, а вот сразу понимаешь, что так просто ничего не случается с нами это. Ведёт видно кто-то нас по жизни, к хорошим людям. Не знаю, впрочем, у кого как, но меня ведут правильно.
Стали дружить. До сих пор. Не перестаю удивляться её светлому восприятию жизни. У нас ней два общих любимца – Пушкин и Моцарт. С ней разговариваешь на одном языке. Одна среда обитания у нас.
Тут уместно вспомнить о генетике этой. Ведь я ещё помню её маму. Совершенно замечательную пожилую даму. Как ни странно, восседающей с папироской. В саду. Ещё меня тогда поразила эта её особенность оставаться в старости полной достоинства. И какого-то веселия. Внутренняя радость в ней была. И неунываемость и прямая спина. А жизнь-то была не очень ровненькая. Я почему о генетике вспомнила. Ведь мама эта была женой брата нашего философа С.Н.Булгакова. И, если его выплыли из России в 1922 году на известном всем «философском пароходе», то его братья остались жить здесь. В городе Ливны. По разному там получилось с их семьёй. Кто—то пострадал, кто-то выжил… Приходилось скрывать свои корни, притворяться не тем, кто ты есть на самом деле. Ведь, вот сейчас как подумаешь об этом. Страшно становится, осознав, как система искалечила сознание людей, заткнула им рты, создав общество «номерных» людей. На арестантских робах Номера эти были!
Очень хорошо помню замечательный момент в «Архипелаге» Солженицына. Как некоторым людям, сохранившим способность мыслить в этом пропагандистском тоталитарном Аду, удалось выжить. Всё было довольно просто. Пока другие думали, что это по ошибке к ним приехал чёрный воронок и все решится благополучно, ибо ничего плохого или преступного они не сотворили…
Другие, как были, хоть в исподнем, выскакивали в окно. И бежали! В другой город, на окраину страны, куда угодно… Потом могли вернуться, переждав какое-то время, назад. Они понимали, что и палачам, пресытившимся кровью жертв, надо было и отдыхать, когда-никогда. Да и места в лагерях тюрьмах должны были освободиться для новых клиентов…

Только так и можно объяснить, что светлые личности ещё водятся среди нас. Но их остаётся всё меньше. Преобладают йеху. Что, собственно, вполне логично и закономерно.И правят бал именно они. А благородные прекрасные лошадки гуигнгнмы гуляют в старых галошах по лугам, нашим, или зарубежным… Начатые в 17 году славные дела ильичей усачей привели к закономерному результату. Скорее, даже не они начали. Вероятно, они были просто лаборантами в этой лаборатории. И просто мыли пробирки…

Так вот одно стихотворение, из маленькой тоненькой книжечки. Наташа пишет о соседней деревне. Абсолютно не поэтичное место. Там царит разруха и нищета и мусор и дачники, понастроившие себе среди всего этого зажиточные дома. Выглядит страшно и нелепо.
Надеюсь, что будет видно. Не хотелось переписывать от руки).
А о «философском пароходе» поговорим ещё. Тема эта ужасающая и не дающая мне покоя. И о прекрасном философе С.Н. Булгакове. О йеху, наверное, - не стоит!

небо
«небо» на Яндекс.Фотках
жалко дом
«жалко дом» на Яндекс.Фотках
стихи
«стихи» на Яндекс.Фотках

  • 1
То, что - много интересных) Не могу не согласиться) А, вот, что - талантища - это вопрос весьма спорный:)
Что-то я у тебя совсем не вижу ничего нового), совсем обленилась. Нельзя так. Надо работать!

Совсем в работе погрязла, бедняга). Да понятно это. Тут дела эти все хозяйственные... Я тоже только на даче и могу песни петь) Но, тоже, в ограниченном количестве) По причине Высоких Технологий), точнее, их отсутствия)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account