artischok (artischok) wrote,
artischok
artischok

Category:

Московские истории

Жизнь в центре столицы имеет массу преимуществ. Не перечисляя все, замечу лишь одну приятную особенность - путь до основных культурных очагов близок и необременителен.


На днях собралась посетить интересную выставку и через какие-то полчаса общественный транспорт доставил меня почти к   дверям музея, где висела расхлябанная бумажка, сообщавшая  корявыми буквами, что доступ к экспозиции возможен лишь после 16 часов.


Следовательно, полюбоваться "Авангардстроем и архитектурным ритмом Революции" мне не суждено. Печально было, что "Образы архитектуры" в интерпретации Якова Чернихова, также таились за закрытой дверью. До указанного времени оставалось часа три...

Не люблю когда на пути задуманного возникают заминки, пусть даже не столь непреодолимые. Беда в том, что любое планирование мне противопоказано. Экспромт - вот мой удел. Проекты, особенно совместные, часто разбиваются вдребезги о совершенно незначительные обстоятельства. И есть ли смысл устраивать судьбе истерики и  вступать на скользкий путь выяснений-отношений? Такие склоки с Мнемозиной запросто могут выйти боком.

Любое НЕ случившееся имеет свой смысл и в своё время он откроется. Или - нет. Об этом я и размышляла плетясь по Воздвиженке.. Попутно делая кое-какие фотозарисовки.  Фотография - своего рода дневник,  удобное хранилище  событий,  часто незначительных для взгляда постороннего. Изображения,  сделанные иной раз небрежно или по воле случая, помогают навести порядок в постоянной сутолоке мыслей., впечатлений, обрывках позабытых трактатов и музыкальных фраз, биографических справок и кадров из фильмов…

Но хранится это имущество бессистемно и часто засунуто в самые тёмные углы… гуглы… вот именно, совсем не хочется лазать по сетям и читать то, что давно известно. Сразу начинаешь укорять коварную память, не подсказавшую вовремя, где лежит то или иное.Иной раз представляю свою голову в виде прозрачного барабана, набитого разноцветными лотерейными билетиками. Оппа! барабан раскрутился. Всё смешалось. Стоп пауза, надо засунуть руку в приоткрытое окошко и вытащить нужный . Выигрышный билетик. Только и всего, а вот нет! Вечно попадается какая-то ерунда! вот кабы знать, в каком углу таится тот самый, где всё разъяснено и разложено по полочкам...

Пока воображение рисовало этакие заманчивые картины, добралась до Арбатской площади. И увидела очень знакомый дом.  Я стояла и вспоминала, вдруг ниоткуда возник приятного вида джентльмен и  завёл со мной беседу.

Представился москвоведом, укоренённым с младенчества  в Большом Афанасьевском переулке, но  по злой воле некоего олигарха средней руки, переселённый в отвратительный спальный район В.Б. Ничего удивительного в том, что покидать необъятную, хоть и коммунальную квартиру, хозяину двух порядочных комнат, вовсе не хотелось.

О! Господи — подумала я — очередной городской сумасшедший, сейчас будет нести околесицу…

Обычное дело! — не раз на дню приходится мне отвечать на разные вопросы, указывать дорогу, выслушивать разные истории. Виной тому мой рассеянный взгляд скользящий повсюду и обращённый  в никуда. Будь я писатель, носила бы с собой блокнот, монокль, трость, шляпу, крылатку, длинный нос, гусиное перо — такие мысли пронеслись, но стоп! Причём здесь нос и к перу уж нужна чернильница? Ах! нос от Гоголя, их же здесь целых два в сквериках... и больше мне нравится нахохлившийся.

Однако, москвовед не останавливался и продолжал нести всё ту же банальщину времён передела собственности, или как нынче говорят, лихих девяностых.

За своими мыслями отвлеклась от рассказа и очнулась на -

- меблировка ампирного образца, приличная библиотека, вольтеровское кресло  и многое прочее, абсолютно не вписывалось  в лестничные пролёты и двери предложенного панельного жилища!

Соседи-коллаборационисты, притом лимитчики, быстро согласились отбыть по предложенным адресам. Наводящая ужас мрачной безвыходностью Капотня, освещённая адским газовым пламенем, абсолютно не пугала народ перекати-поле.

Коренной москвич остался  наедине с лишёнными жизни двенадцатью комнатами. Ненадолго. Вскоре всё пространство заполнилось явно деклассированным элементом, по виду, «условно-досрочно-освобождённым».  Присутствие оных должно было бы нести в себе угрозу, как скрытую - намёками, так и откровенную — действиями. Но, как ни странно, отношения с братками складывались вполне дружелюбные.

Тут я отчего-то насторожилась и отвлёкшись мыслями от Гоголя, почему-то в голове вертелся Чертков и «Портрет» — внимательно посмотрела на собеседника. Что-то показалось мне странным в его рассказе. Однако он продолжался -

Интеллигентный Михалыч, как его теперь называли, отсиживался в своих трёх комнатах, вылазки к общему пользованию совершал рано поутру. Это было спокойное время — квартира словно прислушивалась к возникшей  в себе пустоте, пытаясь оживить её поскрипыванием паркета, лёгкой вибрацией стен, внезапным вздохом сквозняка. Братки либо спали в это время, либо  занимались своим  разбойным промыслом вне дома.

Можно было спокойно напиться чаю и отправляться на службу.

Недели две жизнь была спокойной и даже занимательной. У Владимира Михайловича, представлю наконец нашего героя, появился шанс предаться исследованию быта нарождавшегося класса бандитов. Никаких ограничений в передвижении, надзора. Угрожающих подмигиваний и в помине не было. Напротив, не раз был зван побаловаться пивом с рыбкой и отужинать принесёнными из недалёкой  «Праги» яствами. Ждали Хозяина, подзадержавшегося в Испании, что-то там не заладилось с недвижимостью.

Вернулся Хозяин и сразу же расслабленность команды испарилась, как и не было, все подтянулись, забросили пиво-воды и квартира наполнилась испуганным людом. Завязалась потеха. В воздухе заструились тлетворные  запахи склепа и шипение разогретого паяльника, а нашему герою было сделано одно интересное предложение… впрочем, суть его так и не была прояснена. Мой визави довольно ловко избежал конкретики, только небрежно похвалил умные иезуитские головы, широко внедрившие практику  индульгенции.








Ох! Не вдаваясь в живописные детали произошедшего. Доложу. История эта показалась сначала пребанальнейшей  и можно сказать вполне хрестоматийной. Утешало в ней то, что  справедливость восторжествовала таки. Хоть переезд и состоялся, но жить на выселках не пришлось ни минуты. Фортуна распорядилась самым благосклонным образом, соединив руки, сердца  и жилплощади двух интеллигентных  москвичей в непосредственной близости от Арбата. И даже мебель удалось сохранить частично.

Мне было очень приятно услышать такую историю. И представьте, зло тоже было наказано — буквально через полгода, этот прекрасный дом на Афанасьевском был признан ветхим и подлежащим немедленной реконструкции с полнейшим выселением всего живого безвозвратно.

Остались ещё в наше суетное время, вопреки всему, столь симпатичные созерцатели и знатоки всего на свете. И не таят они ведомое под спудом, а готовы поделиться со всем миром и  даже с незнакомками. Часто  мир остался равнодушен, а я — нет!  Оттого то, чем дальше я слушала, тем быстрее вращался барабан в моей голове — на одном вытянутом билетике возникло Видение отроку Варфоломею художника Нестерова, а  за ним следовал Крик Мунка!

Всё это показалось мне ужасно неестественным и даже имеющим подозрительную подоплёку. И даже приятный, моложавый, прекрасного цвета лица господин показался мне вовсе не таким уж и комильфо. Слишком жив был он глазами, хищен складками рта, благополучен кашемиром пальто. И у меня уже сложилась версия, только надо было выбрать время, чтобы задать один вопрос. Я ведь доверчива и незлобива. Если непричастный мне  человек рассказывает что-то занятное, то какой смысл измышлять ему что-то, кроме правды?

Разговор, зацепившись за «реконструкцию», свернул с тем бытовых и покатилась  архитектурная история о конструктивизме. И пример был перед глазами -  знаменитый дом Моссельпрома, чей вид вызвал во мне беспокойное  шевеление пока неуловимой мысли. Странно, что фамилия Родченко возникла первый раз именно во время поведанной истории о выселенной квартире. Но в этом присутствовала определённая логика. Чуть позже поймёте.

Конструктивизм, Родченко, дом Мельникова, Гинзбург и Вера Степанова… имена сыпались как из рога изобилия, Жена Глазунова, вышедшая насмерть из окна этого дома  - Помните? Вся Москва об этом говорила!

- О!  Как необычно и интересно Вы рассказываете...Вы верно по искусствоведческой части?  - задала я свой коварный вопрос

- Нет, нет, милая собеседница! Я по юридической части. Наше семейное дело — нотариат, а искусство — это просто одна из  приятнейших граней моего бытия.

Tags: загадка москвоведа
Subscribe

  • Как снять красивую девушку и сделать так, чтобы в кадр не попал унитаз.

    У моего сына замечательные девочки. Они все мне страшно нравятся. И не только тем, что постоянно хотят мне помогать. Мытьё посуды, полов, окон,…

  • (no subject)

    Скромное обаяние нашей российской Флоры. Никаких тропических роскошеств, а просто незатейливые травки, выросшие вдоль дороги. Нахожу милыми эти…

  • Времена года. Летние закаты.

    Закатное. Есть же фанаты этого действа природы. Впадают в транс при виде расплавленного светила, покидающего одно полушарие, чтоб осветить…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments

  • Как снять красивую девушку и сделать так, чтобы в кадр не попал унитаз.

    У моего сына замечательные девочки. Они все мне страшно нравятся. И не только тем, что постоянно хотят мне помогать. Мытьё посуды, полов, окон,…

  • (no subject)

    Скромное обаяние нашей российской Флоры. Никаких тропических роскошеств, а просто незатейливые травки, выросшие вдоль дороги. Нахожу милыми эти…

  • Времена года. Летние закаты.

    Закатное. Есть же фанаты этого действа природы. Впадают в транс при виде расплавленного светила, покидающего одно полушарие, чтоб осветить…