artischok (artischok) wrote,
artischok
artischok

Category:

Старые газеты интересны, но и в новых много любопытного.

Россияне всегда верили газетам. Поддерживая эту прекрасную традицию, впрочем, сейчас архаичную, и поныне люблю читать стародавние издания. У меня их количество преизрядное, притом, многим уже далеко за пятьдесят и это уже настоящая букинистика.

Интересно в них буквально всё, от шрифта и компановки статей, стиля изложения, до маленькой театральной афиши и киноафиши.
Вы думаете, что жизнь в стране во время ВОВ замерла и все ходили в трауре? Ничего подобного, друзья мои.
Посмотрите, последняя страница газеты Правда от 7 января 1943 года. Битва за Сталинград переходит в завершающую стадию, разгромлены итальянские и румынские войска, в ставке утверждена операция "Кольцо" а культурная жизнь в столице не затихает.



В "местных" газетах, таких, как "Вечерняя Москва" была интересная страничка с разными объявлениями, в том числе и о разводах, злостных алиментщиках, погоде. Опять же, театральные рецензии, юморески разные. А какие мастера фельетонов выступали в этом жанре! Бичевали всё, что движется не в парадигме строящегося коммунистического общества. Такой фельетон, обязательный прежде, сейчас уже позабытый жанр в печатных СМИ, но переместившийся в интернет. Мы можем находить примеры подобных "фельетонов" и в ЖЖ, кстати.

Мне интересно моделировать образ жизни наших дедушек-бабушек и попытаться почувствовать пульс того, ушедшего времени. Газета, в этом смысле, как нельзя лучше его и передаёт. Такова её задача - делиться новостями самой первой свежести.



А вот в нынешних реалиях бывает разобраться довольно сложно. И приходится перебирать множество фактов. Иные из них озадачивают, иные тревожат и всё ждёшь каких-то дурных вестей.



Сегодня в Москве пройдут российско-норвежские межведомственные консультации, в ходе которых стороны попытаются договориться о судьбе почти 5 тыс. мигрантов, пересекших в прошлом году российско-норвежскую границу в поисках убежища в Норвегии. О том, почему большинству из них будет в убежище отказано и что мешает вернуть их обратно в Россию, корреспонденту “Ъ” ГАЛИНЕ ДУДИНОЙ рассказал посол Норвегии в Москве ЛЕЙДУЛЬВ НАМТВЕДТ.

— В последние месяцы СМИ подробно освещали ситуацию на пункте пропуска Борисоглебск—Стурскуг, через который в Норвегию в поисках убежища с российской территории перебирались беженцы из третьих стран. Проблема по-прежнему актуальна?

— Смотря о какой проблеме мы говорим. С прошлой осени приграничные населенные пункты Норвегии оказались в очень тяжелом положении. Раньше через этот пропускной пункт изредка проходили десяток-другой беженцев. Принять возросшее число беженцев Киркинес — небольшая деревня с норвежской стороны границы — оказался не в состоянии: представьте себе, 10–12 тыс. населения и более 5,6 тыс. иммигрантов. Но если говорить о пересечении границы, то с 30 ноября прошлого года въезд иммигрантов в поисках убежища из России в Норвегию полностью прекратился.

— То есть до 30 ноября российские пограничники допускали к пересечению границы мигрантов, не имевших законных оснований на въезд в Норвегию?

— Я не буду говорить о том, что делала или чего не делала российская сторона. Но мигранты пересекали границу и оказывались с норвежской стороны КПП. Мы не знаем, почему так произошло, но с августа и вплоть до конца ноября прошлого года поток через границу внезапно увеличился в сотни раз — и затем прекратился 30 ноября.

— Что это за люди?

— Большинство из них — мужчины, без семей, много несовершеннолетних юношей. В основном это уроженцы стран Ближнего Востока и Африки, в том числе Сирии, Афганистана, Ирака. Мы обеспечиваем их крышей над головой, питанием, теплой одеждой и небольшим пособием. Они также могут самостоятельно готовить себе пищу и могут свободно выходить и возвращаться в места расселения.

— Что дальше происходит с ними в Норвегии?

— Часть из кандидатов на убежище мы распределили в лагеря для беженцев в других регионах страны, часть — потеряли из виду. Дело в том, что мы не заставляем их оставаться на месте, в каком-то месте содержания или заключения: они могут свободно передвигаться по территории Норвегии.

— Смогут ли они остаться в Норвегии?

— Виз на пребывание в Норвегии или транзитных норвежских виз почти ни у кого из них нет. В отношении некоторых начата стандартная процедура рассмотрения запроса на убежище, которая займет какое-то время — но остальные должны вернуться в Россию.

Что касается российских виз, у большинства из них были однократные или транзитные визы, которые они использовали, въехав и выехав из России. Мы считаем, что они оказались на территории Норвегии нелегально и что в их отношении должно действовать Соглашение о реадмиссии, заключенное между Россией и Норвегией в 2007 году. В нашей интерпретации его действие распространяется на держателей однократных виз. Но у российской стороны своя интерпретация соглашения.

Лишь малая часть из этих 5,6 тыс. человек имеет многократные российские визы или вид на жительство, позволяющие им легально находиться на российской территории. В отношении таких мигрантов было принято решение оперативно возвращать их в Россию. И мы приступили к их возвращению в Россию. В декабре мы депортировали в Россию 250 человек, и в январе — еще одну-две группы мигрантов, однако затем российская сторона известила нас о том, что прекращает принимать их. В последние две недели депортации прекращены, но на территории Норвегии еще остаются несколько сотен таких мигрантов.

— То есть возвращение тех мигрантов, у кого были российские визы или другие разрешающие документы, прекращено по инициативе РФ. Как Москва это объясняет?

— Соображениями безопасности — не уточняя, впрочем, что это значит. Нам заявили, что сейчас вопрос об их возвращении находится в рассмотрении. Мы рассмотрим этот вопрос в среду на консультациях на экспертном уровне между представителями компетентных ведомств, в том числе, МИДов двух стран.

— Как вы видите решение проблемы?

— Мы считаем Россию в целом безопасной страной, поэтому, в отличие от Сирии или Йемена, считаем возможным возвращать кандидатов на получение убежища в Россию, если они оттуда прибыли. Поэтому наша позиция заключается в том, что Россия должна принять обратно на свою территорию, во-первых, тех беженцев, у кого есть виза, временный вид на жительство. И во-вторых, тех, у кого была однократная виза, даже если эта виза истекла, так как границу Норвегии и, соответственно, шенгенской зоны, они пересекли нелегально. Мы считаем, что однократная виза является достаточным основанием для реадмиссии.

— Допускаете ли вы, что тех беженцев, например, из Сирии, которых вы депортируете в Россию, отправят обратно в Сирию?

— Это один из вопросов, которые мы изучаем: будут ли те кандидаты на получение убежища, у которых нет права на проживание в России, возвращены в Сирию и другие действительно опасные страны. Это непростой вопрос, но мы действительно не хотим способствовать возвращению беженцев в Сирию или Йемен.

— Кто финансирует возвращение беженцев в Россию?

— Выдворение 250 человек проводилось на наши средства. Например, мы организовали перевозку на автобусах тех беженцев, которые въехали в страну на велосипедах. (Пункт пропуска Борисоглебск—Стурскуг — автомобильный, поэтому в соответствие с российским законодательством его запрещено пересекать пешком, и мигранты въезжают в Норвегию на велосипедах.— “Ъ”). Вопросы логистики мы также готовы обсудить на переговорах в среду: будут ли мигранты возвращаться автобусами или, например, самолетом через международный аэропорт в Мурманске или в Москве.


Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/2906959

И чем не тревожная новость?
Интересно, а кто выдаёт мигрантам велосипеды для пересечения границы? Или они едут на них по дорогам нашей Родины? трудно предположить, что словно перелётные птицы, выстроились они косяками, снялись с насиженных мест и устремились в Норвегию, притом, поспеть надо было до 30 ноября.
Чудны дела твои...как говорится.

Вообще, если внимательно прочитать это интервью, то возникает множество вопросов. Но здесь мы опять же, не владеем информацией. Всей. Хотя бы той, что известна послу. Согласитесь, что ему известно гораздо более того, что он озвучил. Он же посол и если скажет хоть немного лишнего, рискует быть вызван в МИД "на ковёр" и получить по мордасам или ему выразят протест.

Мы же можем, коль скоро возникнет такое желание, углубиться в интернет и попробовать поискать ответы на некоторые вопросы.

Отчего, например, эти перемещения закончились к 30 ноября.
Кто выдавал визы мигрантам.
Через какие пограничные посты они въезжали в нашу страну...
Куда денутся эти молодые, не обременённые семьями мужчины, когда их выпрут из Норвегии?

На этом остановлюсь пока, но тема достаточно животрепещущая. Она касается нашей безопасности. Хочется узнать, наконец, есть она или нет её для нас, простых граждан.
Tags: медиа, мигранты, старые газеты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments