artischok (artischok) wrote,
artischok
artischok

Category:

Шкаф затерялся в трюме, а мы спим на ходу. О селёдке и о морских путешествиях.

Склянка, странное обозначение для времени управляющем морскими путешествиями. Склянка отбивается каждые пол Часа, а может и разбиться вдребезги, со склянками ведь это часто происходит, а может и опередить привычный нам календарный ход. С морским временем всё непросто, нет в море верстовых столбов, только бегущая волна, сменяющая иную, поглощённую туманной реальностью.


Одна переливается другой, набухает, сверкает гребешком, красуется обретённой мощью, воспаряет пушистой пенкой, полной невыносимой нежности.

столь непрочна она, что даже тень матроса, отбивающего рынды, способна разрушить этот хрупкий организм… или виной всему унылый звук колокола, отсчитывающий вахты, указывающий на быстротечность жизненных воплощений.


Оставим эти мысли на завтра, ибо ночь овладела пространством безапелляционно. Луна наглухо задёрнула небесный полог, застегнувшись на все пуговицы. И путь в водных гладях означен не звёздной россыпью капель молока с бороды Господа, а электронным прибором, что из последних поколений.

Оглядевшись в предоставленном ненадолго жилище, сочла, что оно могло бы быть чуть попросторней. Впрочем, эта шальная мысль была следствием вынужденной неловкости нахождения с незнакомым, но уже таким родным шкафом… как он там путешествует в холоде подводных недр? сжатый тушами туповатых рылом, спесивых грузовиков и не скучает ли, лишившись нашей милой болтовни, не обеспокоен ли своей нынешней неясностью положения…

С этими мыслями, огорчившись мимолётно отсутствием холодильника, предалась фантазиям морфеевых объятий… что принесёт с собой утро, почти известно, но с ночью, несущей неведомое, надо считаться.


Стадо Левиафанов, пробирающееся ныне пастельной хладностью вод, преумножилось, но выродилось, утратив былую красу . Ныне, кризисно ужавшись, оно представляют собой довольно жалкое зрелище. Куда подевался ветхозаветный, восторженный трепет былого грозного великолепия, застывший в зрачке темнотой непостижимости тайн Создателя?


Пуритански утилитарны, незатейливы по-квакерски, и корыстолюбивы, как шейлоки. Перевозчики принципов деньги-товар-деньги... обрюхатились унылыми контейнерами с запечатанным пломбой товаром, не исключено, что залежалым и вышедшим из обихода сроком хранения.


Праздношатание по кабаре, угар круглосуточных рестораций, братание с однорукими бандитами, сухой перестук фишек казино подвергнут строгой нравственной цензуре, ввиду осознания пришедших к власти компанейских судоходов, что балтийские воды, это вам не Антильские острова, да и не легкомысленные Капакабаны с полуголыми красотками под бананами. Делом надо заниматься! И бег шарика рулетки удовольствий застыл на зеро.


Никакого амикошонства кормчего, спускающегося со своего светозарного, сокрытого облаками, крутящегося локаторами, обиталища. Прежде он сиживал за общим столом с гостями, подцепив вилкой кусок селёдки, воспригубливая брюта, развлекал общество морскими рассказами о летучих голландцах и методике дрессировки акул-людоедов. Да, мужчина был хоть куда! Справен, сверкающ крабами, белоснежен одеждами, светск, стоматологичен... следует добавить в этот образ чёрного мазка, он есть, представьте - загорел интерфейсом!

Первостепенные дамы всплёскивали высохшими ручками, сверкали россыпью вечерних бриллиантов, розовели лицами, как костюмы от Шанель, сбросив морщины озабоченности ушедших годов, щебетали о гигантских спрутах, кхулту, алых парусах и весёлых роджерах, сей дискурс приводил к красавчикам Киану и Леонардо, не к тому, а другому... тому, что с Пляжа.

8377-173510-91133b570826ff11381aec821c868341


Я и не скучала, приобщившись по случаю, на пару дней к бонтонному обществу, следуя своей лоции, вблизи капища капитанской каюты. Специальная карточка позволяла открывать волшебную дверцу, ведущую в коридор, к расположенным там апартаментам, числом восьми. Для остальных насельников, шатающихся любопытно по недрам корабля, вход туда был недоступен.


Учитывая отдалённость этого путешествия от нынешних, изрядно убежавших времён, опыт этот был поучителен тогда. Повадки буржуазно-демократических завоевателей в быту мерещились весьма зыбко теми временами... что это за свободы такие, которые припожаловали к нам вместе с подправленной конституцией? И как бы ими не обольститься, а ведь шло явно к этому. Проклятая буржуазия так и хотела очаровать ещё одну странницу. Для этого и был выдуман одной фирмой подобный трюк с путешествием в командорклассе, использовавшей в этих целях крепкий веками рекламный слоган - Устоять невозможно!

И это был хорошо обкатанный приём совращения открытых сердцами простодушных аборигенов стеклянными бусами, шведскими спичками, пластмассовыми вёдрами, рыболовными крючками, примусами и прочими достижениями цивилизации, обвитыми спирально зелёными змиями спиртов "Рояль" См. историческую справку о методиках обольщения в христофорколумбовых анналах.


А как же было устоять, если господами манипуляторами были умело расставлены не менее трёх капканов, не говоря уж об авантажном покорители морей, интимно всхрапывающим за стеной...

Так первая ловушка - светлица. Нематериальная прозрачностью стены, затягивающей в глубины небесных отношений с водными... всё смешивалось, как в доме Облонских, размывая границы вседозволенного.

Вторая - достойное этого оконного проёма трёхспальное ложе, откуда можно было, вернувшись в реальность, предаваться созерцанию заката, вскипающего кровавыми всполохами отражений в дамасской стали тела селёдочного косяка, текущего бесповоротно в тенета расставленных сетей.

О селёдочных телах.

Бедные селёдочки и не знают о мученической кончине им уготованной...грубые голландские матросские лапы, взрезают ножом жабры ещё живой и заталкивают трепещущую, в бочки с солью. Эти изверги болтаются в море, пока не затоварят всю бочкотару, а потом являются с гордым видом в какой-нибудь пропахший рыбьими кишками Маасфлюис, подсчитывать вырученный дивидент.

Вольные шотландцы приятно отличаются своим гуманизмом от нидерландских кломпенских* простаков. Попробуй поскачи в горах в деревянных шлёпанцах! нет, тут овевающий мускулистые ноги килт - самое оно! Да и возвышенность, пронзаемая свежими ветрами, даёт простор воображению и смекнув, что ежели предмет предстоящей засолки уйдёт в кулинарный мир ненасильственным путём, а приняв анестезию сном, пресыщенное кислородом сердце его перестанет биться, жизнь застынет в сосудах, вознаградив мышечную плоть девственной чистотой. Такой белокипенный продукт будет особо приветствен гурманами от селёдки и её не понадобится укутывать шубой, а ещё хуже, делать из неё фаршмак…

Здесь нельзя не сделать некоторые пояснения.

Сладость дружбы.


7304432
фото: freelancejob.ru

Предаваясь штопке прохудившихся носков, или мозгов, обращаюсь с вопросом к своему старинному другу. Не будучи ихтиологом, но физико-теоретическим профессором, обладает поистине безднами энциклопедических познаний.

Был немало озадачен моим интересом к способам промышленного лова и дальнейшей переработки рыбы и выделыванию из неё всевозможных консервов, включая и наилюбезнейший продукт - кильку в томате. Да, да и не удивляйтесь и не спешите обвинить меня в скаредности.


Всегда припасаю эту скромную жестянку попотчивать особо избранных гостей, людей, отбросивших все обывательские предрассудки и смело пересекающих пограничные заставы аксиом и даже утверждающих, что 1+1 не всегда равняется двум… что для меня непостижимо, но… вот имея, в данном случае две селёдки, почтенный учёный муж упёрся рогом, утверждая, что я не права в своих представлениях о степени белизны тела сельди, в зависимости от способа её умерщвления. При этом он поминал коллегу-энциклопедиста Брокгауза, потрясая увесистым золотообрезным томом. Сии тома дремлют на полках порядочных домов, ожидая, покуда равнодушные старине наследники, снесут их букинисту. Я козыряла сведениями более раннего года выпуска, пропагандирующее шотландскую селёдку! Об этой шотландской и вообще никто нынче не знает, видимо она применяется гордецами каледонцами исключительно для служебного пользования. Одним словом, оставляю этот спорный момент, на ваше усмотрение, возможно, найдётся поклонник селёдки, знающей о ней всё и внесёт коррективы в научный спор.

Третья ловушка, а даже капкан, защёлкивается с булькающим звуком на горле послеобеденных поклонников сигар и дижестивов. Маскируется текинским ковром на входе в помещение, обозначенное, как "Курительная"... да, представьте себе, тогда ещё предавались этому смертному греху прилюдно и бесстыдно.
Джентльмены, ослабившие галстуки, покоятся в глубоких креслах и пребывают на полпути к нирване. Ленивые фантазии поднимаются играючи с сигарным дымам ввысь, достигая потолка, закручиваясь спиральными клубами, густеют плотностью совершенно неожиданных картин, в зависимости от страны происхождения вкушаемого напитка.

Патриоты той или иной державы устраивают целые Трафальгарские сражения в миниатюре. Сторонники Великобритании, поигрывая медовой тяжестью двадцатипятилетнего Chivas Royal Salut, плескающемся в массивном тамблере, салютуют язвительно своей заклятой галльской подруге, вооружённой тонкостенным хрустальным снифтером, наполненным Наполеоном. Он совсем недурён, но обладает резковатым императорским запахом. Не вышедший ростом корсиканец, как известно, не слишком любил водные процедуры и частенько источал запахи природные, присущие скорее жеребцам. Не я это сказала, а Жозефина… я сидела тихо и мне больше нравилась Франция с её терруарами...

... внезапно осеняет меня, что не надобно было императору брать в союзники испанцев, понизили они градусность коньячную своим хересом, вот и отпраздновал адмирал Нельсон свою последнюю победу. Да, он был ранен смертельно. В кулуарах завистников и ничтожных шептунов шатается легенда, что тело его было уложено в бочку с ромом, с целью сохранения его нетленным для дальнейших почестей, жарко ведь, господа... впрочем, нужны ли нам эти посмертные помпезности?… Возможно, вполне даже и возможно. что уж отрицать и сами не без греха... ну и выпили этот ром английские матросы, проделав дырочку в бочке… кто его знает, хотели отпраздновать победу простодушные воины... но ехидствуют об этом очернители британской воинской славы.

Тут до моего слуха доносится слабый сонными грёзами голос одного тихони, устроившегося в уголке и на вид крепко спящего -
- Позвольте господа! А не вспомнить ли нам эпизод столетней войны, означенной историей, как «битва селёдок»… Помнится, севернее Орлеана, у деревни Руврэ, где Джон Фальстаф разбил Бурбонов…

Journee-Harengs

Опс! Общество оживляется... прекрасный повод испробовать Бурбона, собственно, всем всё равно – ни англичан, ни французов в курительной не наблюдается, а царят одни немцы.

Сижу, наполненная смятением… и как этот инкогнито смог проникнуться моей мыслью, как у него это получилось, как это вообще получается, что кончик моего языка уже щекотали непроизнесённые строфы средневековой поэмы «Битва вин», а он меня опередил, со своей селёдкой… продекламирую хоть вам:

Bataille_des_vins

Запнувшись на первой старофранцузской строфе, пробуждаюсь совершенно на другом корабле. Судовой staff оповещает неприлично громкой связью, что столы к завтраку накрыты и просит прибыть незамедлительно.

* кломпы - деревянные башмаки, принадлежность истинного голландца
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments